Отличительная особенность небольшого коллектива в составе Константина Копейкина, Максима Карпова и Артема Бабинова, который сейчас работает в Омском цирке под названием «Без носков» – наличие актерского образования.

 

– Как так получилось, что актерское образование привело в цирк? Театру не нужны молодые актеры?

 

«Без носков»: Привело же в клоунаду. В клоунаде без актерского образования никак.

 

– Я знаю клоунов без актерского образования.

 

«Бн»: Они, видимо, поцелованные, а нам это помогло.

 

– Многие отечественные клоуны работают на манеже с привлечением зрителей, так называемый интерактив. Ваш метод каков?

 

«Бн»: Сюжетная клоунада. У нас из 9-10 реприз всего одна интерактивная.  Есть еще одна, где мы бегаем по залу, кого-то достаем. Но не идет речи о том, чтобы заставлять зрителя что-то делать.

 

– То есть зрители, в основном, смотрят на вас?

 

«Бн»: Да, и смеются иногда.

 

– Есть классические репризы, которые используются многими поколениями клоунов. Ваши репризы уникальные?

 

«Бн»:  Говорят да, но, в любом случае, велосипед уже изобретен, просто мы его модернизируем. Делаем это все вместе, в том числе и наш режиссер Шарнин Андрей Леонидович.

 

–  Вы работаете в Омске в программе режиссера Руслана Ганеева и у вас есть еще и свой  собственный режиссер?

 

«Бн»: Да. Это клоун Мак, заслуженный артист России, много лет проработал клоуном. Он не работает в компании «Росгоцирк», где мы трудимся уже три года, но состоит в режиссерской коллегии «Росгосцирка».

 

Госприемку, или точнее, режиссерскую приемку ваши репризы обязательно проходят, чтобы вы могли гастролировать по стране?

 

«Бн»: Обязательно. Но сначала мы пробуем это на арене.

 

– А если бы ваши номера ставил не тот замечательный клоун, про которого вы упомянули, есть ли шанс, что их примут?

 

«Бн»: Приняли бы. Но он человек со стороны, с большим опытом. Он видит больше, чем мы. Мы приходим говорим: «У нас есть новая реприза. Можно мы ее на арене покажем?». Нам говорят: «Пожалуйста. Но покажите сначала нам». Показываем артистам, директорам, потом уже выходим на манеж и выступаем.

 

– Было ли такое, что вам говорили: «Нет, такое нельзя делать»?

 

«Бн»: Было. Мы работали ее на зрителя. Нам периодически говорили: «Ребята, не очень!». Мы воевали-воевали, но в итоге мы поняли, что надо переделать, и нам сказали: «Классно! Идет!».

 

– Вам не советовали ее играть по этическим нормам?

 

«Бн»: Уверяли, что не смешная, не логичная. Необходим поиск. Нужно все время пробовать на зрителя, искать. Ты даешь зрителю шутку, если нет от зрителя ответа на нее – значит провал и ищешь другое. Хоть у нас нет интерактива, но мы со зрителем взаимодействуем.

 

– Однажды, то, что вы делаете на арене может привести к рождению клоунского театра, раз театральное образование уже присутствует?

 

«Бн»: У нас уже есть спектакль. Мы сделали свой клоунский спектакль по мотивам пьесы Мольера «Мнимый больной». По отдаленным мотивам, мы бы так сказали.  Нас там 6 персонажей. Они не схожи с оригиналом мольеровским. Спектакль есть. Единственная сложность – мы не можем войти с ним в гастрольную колею, чтобы его показывать.

 

– Нет такого понятия клоунский театр?

 

«Бн»: Или нужно какое-то знаменитое имя, на которое пойдут.

 

– На какое имя по-вашему пойдут?

 

 «Бн»: Безруков, например. На него пойдут. Но вот, если в Омске кто-нибудь из режиссеров или художественных руководителей театров заинтересуется нашим спектаклем, у нас есть видео. Мы его показываем на сцене. Но у нас был опыт показывать его на манеже.  Но вот в этой программе, в которой мы работаем сейчас в Омском цирке, есть занавес и мы смогли перекрыть зал, чтобы работать на сектор. Спектакль идет 1 час 10 минут.

 

– Есть ли какие-то города, которые не поддаются клоунскому обаянию?

 

«Бн»: Ашдот в Израиле. (смеются). В общем везде смеются. Менталитет разный. Надо понять зрителя. Пример, Санкт-Петербург. Город насыщенный клоунским искусством. «Лицедеи» те же. И поэтому к ним нужен подход эстетически насыщенный больше, чем в Ростове, допустим. В Петербурге мы долго не могли понять зрителей, потом решили, что надо поменьше актерски играть. И все стало на свои места. А в Ростове, наоборот, необходим прямой удар.

 

– Вы в Омске впервые?

 

«Бн»: Мы были здесь. Когда закончили театральный институт нас было восемь человек с нашего курса и мы пробовались в Омскую драму. Взяли в «Топ-театр» Ивана Курамова. Это наш однокурсник, мы с ним вместе учились. Мы бы на все спектакли в Омске с его участием сходили.

 

Беседовал Виталий Маевский
фото Владимир Казионов